Lesovick (blog_les) wrote,
Lesovick
blog_les

Криуша. Арзамасский район. Промежуточное подведение итогов

IMG_2716_1   Борьба семьи Шевалдиных за своих детей с органами опеки Арзамасского района Нижегородской области подошла к стадии, когда можно подвести кое-какие итоги. Впереди еще остается несколько недель на то, чтобы точно узнать подала ли опека аппеляцию на решение арзамасского городского суда. На данный момент все дети находятся дома и семья пытается с одной стороны вернуться к нормальной жизни, а с другой наладить жизнь так, чтобы органы опеки больше не появлялись в их доме.

    Для тех кто не знает, коротко напомню историю. В феврале 2013 года органы опеки изъяли из семьи старшую дочь 11-ти летнюю Марину. Поводом для изъятия стало несколько синяков на спине и на шее (результат наказания Марины матерью за то, что она без спроса взяла телефон отца и показывала эротические фотографии, скаченные из Интернета, одноклассникам). Через три дня, как сказали чиновники опеки на суде «автоматически» из семьи были изъяты остальные трое детей Вика – два года, Александр – четыре года и Ирина шесть лет. Двое младших были помещены в городскую больницу города Арзамаса. Старшие в реабилитационный центр г.Арзамаса в п.Выездное.

    В какой-то степени от безысходности и по совету подруги Наталья Шевалдина (мать детей) написала открытое письмо П.Астахову. Это письмо было замечено активистами общественной организации «Родительское Всероссийское Сопротивление». И сейчас можно сказать что вовремя, т.к. только в конце марта от аппарата уполномоченного по правам ребенка было выслано письмо на имя Натальи о том, что ее письмо было прочитано и передано в аппарат уполномоченного по правам ребенка Нижегородской области. От него в течении месяца никто не звонил и не приезжал.

Связавшись с Натальей активисты съездили в Криуши и побеседовали с семьей. Отнести семью к разряду благополучных и идеальных конечно же нельзя. Но только ли сами Шевалдины виноваты в этом социальном неблагополучии, в котором их обвинила опека? В 2010 году у семьи сгорел дом. Что такое единственное жилье и какова его цена, не стоимость, а именно цена, думаю понимают многие, особенно те, кто берет ипотеку на 25 лет и отдает за это половину, а то и больше своей зарплаты. Но только это еще не все – добавьте сюда еще не одного, а ЧЕТВЕРЫХ детей и ПОЛНОЕ отсутствие постоянной работы около дома. И вот в этих условиях попробуйте сохранить социальное благополучие. Попробуйте его сохранить в том социальном аду, куда загоняет современность все больше и больше российских семей.

    Вся помощь, которую оказали органы власти семье – это 10 000 рублей бабушке Натальи и 2 000 рублей семье Натальи. Но этого власти показалось достаточным для исправления неблагополучия. Т.е. вроде бы БЛАГО семья получила. Но реальность штука тяжелая и ей наплевать на то, как видит ее через свое окно чиновник. Реальность такова, что БЛАГО то не пришло – дом то не восстановился сам собой. Но сложила ли руки семья? Нет, Наталья на материнский капитал смогла купить соседний дом (больше конечно подходит слово домишко), без двора и пристроя. Смогла сделать там ремонт и привести дом в состояние, пригодное для жизни (полы, пластиковые окна, печь, проводка и т.д.). На суде, чтобы выставить семью эдакими алкоголиками-мошейниками опека говорила о том, что они то знают, что не весь материнский капитал пошел на дом, что часть его пошла на ремонт и на покупку стиральной машины, хотя водопровода в доме нет. Но кто бы рассуждал об этом, если в самом ответе о невозможности помочь семье было сказано о том, что давайте мол капитал материнский используем как залог для получения кредита для ремонта сгоревшего дома. Я не юрист и не могу утверждать 100%, но мне кажется, что это называется так – «а давайте обналичим ваш материнский капитал». Не вяжется так же алкоголики с мошенниками. Вы где-нибудь видели алкоголиков, которые покупали бы стиральные машины с расчетом на то, что когда-нибудь проведут в дом водопровод? Я не видел. Пропивающих стиральную машину, водопровод и дом – видел, а вот чтобы наоборот ни разу.

    Но как бы там не было, внимание опеки семья привлекла. Но вот только не опекать, т.е. заботится, пришли в семью чиновники. А пришли они, чтобы забрать фактически последнее БЛАГО, которое было в семье – дети. А заодно, чтобы четко отработать по программе «Бесстрашное детство» - т.е. взять семью на контроль и при малейшем поводе, как выражаются органы опеки юридическим языком, «произвести изъятие детей из неблагополучной семьи». Что ж повод представился или, что не исключено, был спровоцирован еще одной стороной программы «Бесстрашное детство», участником мониторинга за семьями – директором школы. Или как можно назвать действия, когда домой приходят учителя и втроем «обрабатывают» мать на предмет недопустимости появления телефона в школе и показа его одноклассникам, т.е. по-факту требуют наказать ребенка. А когда мать срывается и ребенка наказывает – хватают ребенка и везут его на медэкспертизу, сообщают в опеку, составляют бумаги (или уже были готовы) и т.д. Что это как не провокация? Если педагог имеет за плечами огромный опыт работы, то он не может не знать что после «обработки» будет наказание. А если он этого не понимает, то причем тут высокое звание педагога?  Про чиновников органов опеки тоже было сказано и немало, поэтому повторяться нет смысла.
Но как бы там не было - машина закрутилась.

    И все бы у них получилось, тут даже сомневаться не приходится. Получилось, потому что, во-первых, в небольших городках никуда нельзя уйти от «клановости». Во-вторых, именно благодаря этой «клановости» в местных СМИ никогда не появится точки зрения отличной от точки зрения опеки, а значит «общественное» мнение сформировано. И это было понятно, когда приходилось беседовать с представителями власти. И не повлияло бы на это даже передача на «Россия-2», потому что «до Бога высоко, до царя далеко» и все понимают, что нашим СМИ, даже самым первым нужны сенсации. А значит после «горячей» передачи к этой теме уже никто не вернется.
Менять же это «мнение» пришлось довольно кардинально. Были проведены два массовых пикета. За неделю до этого и непосредственно в день суда. Плюс использование Интернета и бескорыстная работа большого количества людей. Плюс присутствие большого числа неравнодушных, желающих услышать доводы сторон непосредственно в зале суда. Плюс, высококвалифицированная работа адвоката Балденкова Михаила Петровича, который своими грамотными и меткими вопросами высвечивал такие мелочи, которые при ближайшем рассмотрении меняли всю картину происходящего. Плюс выступления  руководителя общественной организации «Родительское Всероссийское сопротивление» Марии Рачиевны Мамиконян в качестве законного представителя семьи. Плюс, все-таки вышедшая на «Россия-2» программа «Прямой эфир»  Михаила Зеленского.

    Именно эти действия способствовали тому, что во-первых, через полчаса после начала первого заседания опека неожиданно сменила свои требования (хотя в самом начале требовала лишения родительских прав обоих родителей) на ограничение родительских прав на полгода. И во-вторых, думаю, что сам судья более тщательно, более скурпулезно отнесся к этому делу.

    Сам суд проходил три дня с утра до вечера. На третьем заседании, 11-го апреля, судья огласил приговор – исковому заявлению органов опеки об ограничении родительских прав ОТКАЗАТЬ.

    11-го же вечером троих детей забрали из реабилитационного Центра и привезли домой. Самую маленькую Вику, находящуюся вместе с бабушкой в больнице привезли через день 13-го.
IMG_2736_1
28 апреля мы заехали к Шевалдиным. Дети играли во дворе, качались на качелях. Константин и Наталья ковырялись в старой «семерке», пытаясь ее реанимировать после зимы.

IMG_2751
Ниже небольшое интервью, которое мы взяли у Натальи и ее мамы Галины Алексеевны:
IMG_2746_1
  Корр: Ну вот все вернулись, все дома, как сейчас дела обстоят у Марины в школе, ходит ли она туда, как к ней относятся учителя?

    Наталья: Марина в школу ходит, пока в прежнею. Мы решили, что пусть уж последний месяц она доходит в прежнюю школу, а на следующий год пойдем в другую, в село Крутой Мандан. Там есть рядом детский садик – будем младших отправлять в него, а Марину в школу. С директором мы созванивались, она сказала, что на следующий год (прим. – учебный год) будет поднимать вопрос и в Криушу будет ходить автобус забирать детей. Ну это даже к лучшему. В Крутой Майдан я хоть смогу сама доехать и назад вернуться, а из Мотовилова ходит только один автобус вечером. Т.е. туда-то приедешь, а назад уже нет.

    Корр.: А почему тогда ходили в мотовиловскую школу?

    Наталья: После того, как в Мотовилово открыли школу оттуда стал ходить бесплатный автобус, да и школа казалась очень обеспеченной. Вот и стали туда детей отправлять. Но сейчас, если автобус пустят, то большинство детей из Криуш, скорее всего, будут ездить в другую школу.
    Корр.: Приходила ли еще опека?

    Наталья: Да, после суда, 15 апреля приходили. Из опеки, из комиссии по делам несовершеннолетним, из соц.защиты. Все вокруг фотографировали – дома, вокруг дома. Составили акт, что дети чистые, одетые, дома тепло и т.д. Почему-то они считают, что мне на карточку накидали миллион. Хотя я им говорю, что если бы там был миллион, то у меня бы уже дом двухэтажный стоял и работа кипела. Не поверили. Начали, как и участковый, говорить, что надо купить в первую очередь – душевую кабину (я знаю что она не меньше 55 тыс. стоит), дальше титан, воду (хотя общественная колонка как не работала, так и не работает), новый стол, стулья, двухярусную кровать, сделать пристрой, поменять крышу. Деньги на это пока взять неоткуда – все пока решили вложить в пристрой – сделать его на фундаменте. Брус уже заказали, но решили пока не везти, чтобы не гнил и не мешал, ждем когда немного подсохнет, будем делать фундамент. А уж потом привезем брус для пристроя.

    Корр: А в администрацию они не хотели бы обратиться, как органы власти  опекающие семьи, чтобы она помогла?

    Наталья: Нет, они же не за этим приходили (прим. - смеется). С самой же администрации никто не приходил.

    Корр: Что спрашивал участковый, когда приходил?

    Наталья: Спрашивал Константин работает или нет, сама я работаю или нет. Константин уже две недели работает в Арзамасе грузчиком. Каждый день на попутных туда и обратно (прим. – 35 км. до Арзамаса). Я пока никуда не устроилась, но оформляюсь чтобы работать поварихой в детском лагере «Мечта».

    Корр.: А сейчас нет такого, что если ты работаешь в лагере, то можно ребенка устроить?

    Наталья: Ну за деньги конечно можно, смена где-то тысяч 20-25 и пожалуйста.

    Корр.: Наталья, а были у вас в селе случае, похожие на ваш? Когда детей хотели забрать?

    Наталья: Да, был с одинокой матерью, по-соседству живущей. Но у нее ребенок большой. Когда его увезли в реабилитационный центр – он оттуда сбежал. А второй случай – это когда на другом конце деревне у семьи, причем неплохо живущей, тоже хотели забрать. Но насколько я знаю, глава семьи им сказал, что если заберете детей, то я вас вместе с опекой сожгу. Отступились.

    Корр.: Наталья чтобы вы хотели пожелать остальным семьям, к которым так же как к вам,  пришла опека?

    Наталья: Прежде всего отнестись к этому серьезно. Ну и бороться за своих детей.

    После этого мы попрощались с семьей, договорившись созваниваться и пообещав, что будем обязательно их время от времени навещать.


Для желающих помочь семье еще раз напоминаем счет:

карта Сбербанка 63900242 9009125612

Яндекс-Кошелек:  41001677595061


Tags: Криуша, РВС, Регресс, Ювенальная Юстиция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments